«Из детей делают наркобаронов». Блогер Павел Спирин снял фильм о «наркотической» статье.

14 июня Павел выложил на своем канале новый фильм под названием «Грань 2019». По словам блогера, во время этой работы в течение месяца он беседовал с представительницами движения «Матери-328», изучал «наркотическое» законодательство, соответствующие постановления правительства и публикации в СМИ. Также он говорит, что получил информацию от действующего работника наркоконтроля МВД, которому «осталось пару лет до пенсии». В самом фильме автор лишь однажды ссылается на свой анонимный источник – силовик в видеоряде не появляется, не звучит его голос и за кадром.

«Эти изменения — пыль». О поправках в статью 328.

13 июня Палата представителей приняла поправки в ст.328, которые предусматривают снижение нижнего предела наказания с пяти до трех лет лишения свободы по ч.2 и с восьми до шести лет лишения свободы по ч.3. Можно подумать, что государство пошло навстречу родственникам осужденных и активистам, которые уже несколько лет добиваются законодательной реформы. Однако, насколько на самом деле изменилась наркополитика в Беларуси?

“Уберизация” наркоторговли: кто в Европе потребляет наркотики.

Наибольшей популярностью сейчас пользуется “исландская программа” – это подход, помогающий человеку не только перестать использовать наркотики, но и полноценно вернуться в общество. Это целый комплекс мер, включающий в себя как спортивные и культурные программы, так и комендантский час для подростков младше 18 лет.

Почему в России судят так много людей за преступления, связанные с наркотиками? «Медуза» спросила у социолога Кирилла Титаева.

— Как вы считаете, как нужно реформировать закон или правоприменение? Что бы вы сделали в первую очередь?

— Если говорить без оговорок о реалистичности, то моя личная позиция — это декриминализация наркотиков, социальная опасность которых не доказана или не высока. То есть природные производные канабинола и псилоцибинов.

«Міліцыя фабрыкуе справы». Чаму «Маці 328» працягваюць галадоўку.

«У аднаго хлопца ў кішэні знайшлі 0,024 грама „травы“, і майго сына асудзілі за тое, што ён нібыта перадаў гэты наркотык. Але доказаў — відэа, аўдыё — ніякіх, акрамя паказаньняў таго хлопца. А яго проста прыціснулі, тым больш што ў яго дзіця нарадзілася. Тры сьведкі-міліцыянты ў судзе зусім па-рознаму распавядалі, як адбывалася перадача наркотыка, хоць гэта нібыта адбывалася пад іх кантролем»

ГРАНЬ 2019 – фильм Павла Спирина

В ленте четко обозначены причины возникновения данного явления, организаторы и кураторы из МВД Беларуси. Проведён анализ наркотического законодательства и цели, которые преследуют коррумпированные центральные органы власти. Тысячи без вины сломанных судеб, разрушенные семьи и безысходность. И, конечно же, показан выход из этой ситуации, о котором мы все догадываемся и который гарантируется нам законом.

«Маці-328» лічаць зьмены ў наркатычны артыкул КК недастатковымі і працягваюць галадоўку.

«Як па мне, дык гэты законапраект ніякі, бо ён нічога не зьмяняе. Гэта толькі дэклярацыя, бо суды ўсё роўна будуць судзіць па верхняй планцы, як рабілі і дагэтуль. Таму ніякіх істотных зьменаў я не прадбачу. Увесь гэты 328 артыкул — як надзьмуты шарык, бо ў ім мала канкрэтыкі, яго пры жаданьні можна разьдзьмуць, а можна крыху паменшыць, як цяпер зрабілі, але сутнасьць не мяняецца, бо закон застаецца рэпрэсіўным, жорсткім».

Смягчение наказания за «наркотические» преступления. Поправки в УК приняты во втором чтении.

Еще один примечательный момент касается особенностей законодательства. Дело в том, что уголовный закон имеет обратную силу. Означает ли это, что осужденные ранее по 328-й статье могут рассчитывать на уменьшение срока наказания? Вероятно, да. Поскольку уполномоченные лица отмечали, что «не все осужденные по ч.ч. 2 и 3 ст. 328 попадут под действие ее изменений». Следовательно, кто-то все же попадет…

“Не думала, што ўсё настолькі кепска”. У Варшаве паказалі фільм пра вязняў па арт. 328.

Наркатызацыя і аўтарытарызм. Фільм з такой назвай прэзентавалі ў самым цэнтры Варшаве на пляцоўцы пад адкрытым небам “Państwomiasto”- недалёка ад Сейма.

Стужка распавядае пра ўмовы ўтрымання вязняў, асуджаных паводле антынаркатычнага заканадаўства ў Беларусі. У стужцы сярод іншага распавядаюць пра маркіраванне вязняў спецыяльнымі лэйбламі, а таксама пра іншыя прыніжальныя практыкі.

Матери кричат, но их не хотят слышать.

Почему матери и жены осужденных, понимая, что наркотики – зло, протестуют и требуют смягчения наказания и сокращения сроков?

Кажется, на эту тему сказано уже все, что только можно…

Пролистать наверх